Наш диспансер оказывает специализированную медицинскую (психиатрическую, психотерапевтическую, сексологическую) и психологическую помощь совершеннолетнему населению г. Минска.

Нарциссизм и нарциссическая депрессия

Седач Наталья Андреевна, врач-психотерапевт учреждения здравоохранения «Городской клинический психиатрический диспансер»

0010Тема нарциссизма давно привлекала и до сих пор продолжает привлекать к себе внимание многих людей. Термин нарциссизм был заимствован из древнегреческого мифа о Нарциссе, юноше, влюбившемся в собственное отражение и умершем от неразделенной любви к себе. 

Все мы в своем развитии в раннем детстве проходим через стадию нормального нарциссизма, чтобы стать более целостной личностью. В этот период отношение к нам родителей будет определять, сколько нарциссизма мы взяли с собой и каким образом, а именно отношение «здоровых» родителей, которые держат свой нездоровый нарциссизм под разумным контролем и способны развивать индивидуальность своих детей и при этом учат их ценить и уважать других людей.

Здоровый нарциссизм позволяет нам смеяться над собой, своим несовершенством и недостатками, уходить глубоко внутрь себя, чтобы создавать что-то уникальное, свое собственное, и оставлять след своей деятельности в мире. Здоровый нарциссизм говорит о наличии у человека способности чувствовать эмоции во всем их разнообразии, разделяя свою эмоциональную жизнь с другими людьми, о присутствии у него мудрости, позволяющей отделять истину от фантазии, и вместе с тем - о способности мечтать, наряду с умением уверенно идти к своей цели и радоваться собственным успехам, не зацикливаясь на терзающих сомнениях. Здоровый нарциссизм зависит от реальной самооценки человека, которая как раз совершенно отсутствует у людей, которых мы обычно называем нарциссическими личностями.

Нарциссическую личность мы считаем нездоровой. Это человек любого возраста, который при этом еще не достиг своего эмоционального и морального развития, личность которого организована вокруг поддержания самоуважения путем получения подтверждения со стороны. Озабоченный тем, как он воспринимается другими, нарциссически организованный человек испытывает глубинное чувство, что он обманут и нелюбим. Ему не хватает реалистичного ощущения Самости (по Юнгу Самость является архетипом целостности и центральным организующим психическим фактором; Самость - это корневая структура, первооснова личностной идентичности) и интериоризированной системы ценностей. Вместо точной оценки индивидуальных сил и возможностей присутствует поза экстраважности, совершенно не связанная с его истинными достижениями и успехами. Вместо проявления смирения по отношению к неизбежно присутствующим у него недостаткам, его переполняет совершенно нестерпимое чувство стыда, часто тщательно замаскированное. Для нарциссической личности характерно отсутствие способности ценить, и даже признавать независимое от нее существование других людей или их чувств. Нарциссическая личность может внушать страх и даже оказывать гипнотическое воздействие, однако за ее напыщенностью или очарованием скрывается эмоциональная ущербность в сочетании с нравственным развитием ребенка, который только-только начал ходить. В клинической литературе постоянно подчеркиваются стыд и зависть в качестве главных эмоций, ассоциированных с нарциссической организацией личности. Субъективный опыт нарциссических людей пропитан чувством стыда и страхом почувствовать стыд. Нарциссические пациенты могут демонстрировать черты зависимости, так как нуждаются в признании и поклонении; глубинно же они неспособны к зависимости из-за недоверия к другим и их обесценивания. Аналитическое исследование обнаруживает интенсивный оральный гнев, занимающий центральное место в их психопатологии, а также патологию объектных отношений: неспособность зависеть от «хороших» внутренних объектов при выраженности отношений с «угрожающими» объектами. Современные клиенты часто ощущают себя скорее субъективно пустыми, чем переполненными критическими интернализациями. Они беспокоятся, что “не вписываются”, а не из-за того, что изменяют своим принципам. Они могут беспрестанно размышлять о видимых достоинствах – красоте, славе, богатстве – или о проявлении политической благонадежности, но не о более скрытых аспектах своей идентичности и целостности. “Имидж” заменяет сущность, и то, что Юнг (Jung, 1945) назвал персоной (представление себя внешнему миру), становится более живым и надежным, чем действительная личность.

Сэнди Хотчкис назвала «Семь смертных грехов нарциссизма»:

1. бесстыдство, 2. магическое мышление (ощущение грандиозности и всемогущества), 3. высокомерие, 4. зависть наряду с ее закадычным другом презрением, 5. претензия на обладание правом и сопутствующая ей ярость,

 6. эксплуатация (стремление использовать других), 7. слабые межличностные границы.

Эти черты Сэнди Хотчкис назвала «смертными», ибо, внедрившись в каждого, кто соприкоснется с ними, они уничтожают целостность его личности; и вместе с тем являются «греховными», так как они разрушают и личность самого человека. Семь смертных грехов нарциссизма не только калечат и травмируют других людей, но и препятствуют развитию у самой нарциссической личности ее истинной Самости.

Стыд относится к самым невыносимым чувствам человека, независимо от его возраста и жизненной ситуации. В отличие от чувства вины, он свидетельствует не об ошибке, а о страдании, связанном с общим личностным изъяном. Чтобы обеспечить нормальное развитие мозга ребенка, родители должны делать то, что детский мозг не может сам, - успокаивать ребенка, избавляя его от того стыда, который они сами вызвали. Если родители не успокаивают ребенка, чтобы избавить его от стыда, который они вызвали, у детей развивается собственное средство компенсации стыда - они «стряхивают» нестерпимое чувство и прибегают к фантазии, чтобы спрятаться от монстра, оставив его «за стенкой». Они цепляются за собственное представление о себе, считая себя особенными, сильными и значимыми. Стыд нарциссической личности оказывается столь нестерпимым, что такие средства, которые развивались в детстве, ей больше не помогают. То, что психологи называют «обходной стыд», выглядит как бесстыдство или бессовестность, скрывающиеся за защитным барьером отрицания, холодности, осуждения или ярости. Поскольку не существует здоровых внутренних психических механизмов, способных переработать это болезненное чувство, стыд направляется вовне, прочь от Самости. Он никогда не станет «моим недостатком». Стыд - это чувство, которое в скрытом виде присутствует всегда в случае нездорового нарциссизма, и неспособность справиться с ним здоровыми способами - борясь с ним, нейтрализуя его, а далее поступая так, как свойственно нормальным людям, приводит к появлению поз, установок и поведения, характерных для нарциссической личности.

Магическое мышление, эксплуатирующая идеализация и обесценивание других людей посредством перекладывания стыда и унижения - все это попытки нарциссических личностей избежать чувства неполноценности и никчемности. В лучшем случае таким образом создаются барьеры для проявления близости и принятия. В отношениях с нарциссической личностью вы никогда не знаете, что значит быть любимым и ценным для него - таким, какой вы есть. В худшем случае нескончаемые искажения и переносы будут вызывать у вас ощущение замешательства и понижать вашу самооценку.

За маской высокомерия нарциссической личности скрывается готовый сдуться воздушный шарик внутренней самооценки, которая никогда не удовлетворяется тем, что такого человека считают хорошим или даже очень хорошим. Если его не считают «лучше, чем …», значит он никудышный. С этих позиций, если ценность кого-то другого растет, ценность нарциссической личности соответственно падает. И наоборот, если нарциссическая личность чувствует себя «сдувшейся», энергетически истощенной, то она может вновь достичь привычного для нее ощущения превосходства, унижая, обесценивая или оскорбляя другого человека. Именно поэтому нарциссические личности часто демонстрируют доминирующее, перфекционистское поведение, проявляя нескрываемую жажду власти.

Для нарциссической личности любая конкуренция - это способ в очередной раз утвердить свое превосходство, хотя многие из них вступают в конкурентные отношения лишь тогда, когда предвидят благоприятный для себя финал. Испытывая жгучий стыд при поражении, такие люди стремятся выбрать поле действия, где они могли бы блистать, не слишком рискуя и не прилагая больших усилий, а добившись успеха, они могут стать навязчивыми в своем стремлении к совершенству. Всё это время они жаждут поклонения и обожания со стороны окружающих. Эта жажда восхищения у нарциссических личностей возникает, как правило, оттого, что они чувствуют себя несколько неуверенно и нуждаются в некоторой эмоциональной подпитке. Для них совершенно недопустимо, если их считают обычными или средними, - ведь когда они не могут быть лучше всех, они - ничто. Нарциссические личности редко могут самостоятельно поддерживать в себе чувство собственного превосходства, поэтому их тянет туда, где бы они попали в центр внимания, им необходима похвала, аплодисменты, признание окружающих, которые бы поддерживали их ощущение превосходства Им важно признание того, как они умны, уникальны и неповторимы. Установка высокомерия и превосходства служит защитным барьером, который изолирует их от нестерпимого чувства стыда, связанного с их ущербностью. Внутри себя они находятся под критическим, стыдящим взглядом родителя, от которого нужно спрятаться любой ценой. Поэтому, когда вы сталкиваетесь с высокомерием нарциссической личности, вы видите не истинную гордость, а глубокий и иррациональный страх своей никчемности. Единственный способ как-то совладать с этим страхом - почувствовать себя важным и значимым и, как оказывается, более важным и значимым, чем все окружающие.

Нарциссическая зависть, подпитываемая отчаянной надеждой на превосходство, является бессознательной или вообще отрицается, что делает ее еще более опасной. Не осознавая своей зависти или потребности в превосходстве, нарциссические личности могут чувствовать лишь самодовольное презрение, обозначающее ненависть.

Люди, которые претендуют на то, чтобы другие их уважали, но при этом не уважают других, или ожидают наград и поощрений, не прилагая никаких усилий, или желают жить, не испытывая ощущения дискомфорта, лишаются той энергии, которую они могли бы иметь, чтобы определять свою судьбу. Когда то, что они ожидают, не происходит в реальности, они ощущают бессилие. Заявляя о своем праве, они тем самым требуют для себя жизни в мире фантазий годовалого младенца. А потому не стоит удивляться их приступам ярости.

Претензия на обладание правом и сопутствующая ей ярость - это серьезный намек на задержку в здоровом развитии, которая именуется нарциссизмом.

Эксплуатация всегда включает в себя использование других людей без учета их чувств и интересов. Зачастую другой человек попадает чуть ли не в рабское положение, когда ему становится трудно или даже невозможно сопротивляться.

Нарциссическая личность страдает от глубокого характерного изъяна в развитии ощущения Самости. Этот изъян лишает таких людей способности признавать наличие собственных границ, а также воспринимать других людей отдельными личностями, а не продолжением их собственной. Другие люди либо существуют для удовлетворения потребностей нарциссической личности, либо могут не существовать вообще. В психике нарциссической личности не существует границы между ее собственной Самостью и другим человеком.

Основной страх нарциссической личности-столкнуться со своей незначительностью, ненужностью. Страх быть незамеченным или ничтожным у него даже сильнее, чем страх отвержения. Все его защиты работают на то, чтобы он смог избежать ощущения внутренней пустоты и собственного якобы ничтожества. Страх нарцисс переживает двумя способами: либо осуществляет нападение на обидчика, обвиняя его во всех мыслимых и немыслимых грехах, либо уходит в депрессию, часто сопровождаемую какой-нибудь психосоматической болезнью, во время которой он получает заботу и уход, помогающие ему залечить его душевные раны. П.Моллон и Г.Перри обратили внимание на то, что «депрессивная тюрьма» является единственной формой за­щиты хрупкого, уязвимого реального нарциссического Я. Зависть и ярость, свойственные нарциссичес­ким личностям, переживаются как без­надежность и беспомощность.

В литературе высказываются разные точки зрения по поводу нарциссической депрессии, для которой характерны переживания потери смысла, пустота, апатия без видимой причины. 

А.Бек различал два вида депрессии: депрессию, связанную с депривацией, и депрессию поражения (недостижения целей). Поскольку поражением, «провалом» для нарциссических личностей является «быть не первым» (Kernberg O.F., 1975), очевидна склонность к депрессии поражения.  

Но также существуют и точки зрения на нарциссических пациентов как на неспо­собных к депрессии. Наиболее последовательно ее отстаива­ет О.Кернберг, подчеркивающий: то, что на поверхности выглядит как депрессия, является гневом и негодованием, нагруженностью мстительными чувствами, а не печалью из-за потери. М.Джесович-Гесич и Дж.Везель утверждают, что при потере объекта нарциссическая личность грустит о по­тере «зеркала», отсутствие восхищения ведет к дисфории и самоненависти. О.Кернберг также считает, что переживается потеря не объекта, а нарциссического обеспечения. Исследователь полагает, что, хотя бы незначительно выраженная способ­ность к грусти и депрессии, с элементами чувства вины, яв­ляется благоприятным прогностическим показателем в от­ношении результатов лечения. Критический период в лече­нии нарциссических пациентов характеризуется, по мнению автора, возникновением разрушительного чувства вины за всю предыдущую агрессию в адрес аналитика, за его обесце­нивание и разрушение. Возникает отчаяние из-за плохого об­ращения с аналитиком и всеми значимыми фигурами, кото­рые пациент мог любить и которые любили его. На этом этапе лечения у нарциссических пациентов часто возникают суи­цидальные мысли. При прохождении критического периода они становятся способными к любви, заботе и благодарности.  Кавалер-Адлер описывает страх плача, типичный для нарцисси­ческой личности. Пациенты с нарциссическим расстройством личности постоянно отвергают страх поглощения собствен­ной болью. Невыплаканные слезы десятилетиями подавляе­мой боли создают бессознательную угрозу «утонуть в собст­венных слезах». Они испытывают страх постоянного плача в процессе аффекта горя; слезы вызываются ужасом потери объекта фантасти­ческого слияния и одновременно ужасом поглощения тем, с кем желаешь слиться. Кавалер-Адлер подчеркивает необ­ходимость межличностного контакта, чтобы трансформи­ровать бесконечный плач патологической грусти в «работу печали».

Говоря о нарциссических суицидах, важно подчеркнуть, что они имеют свою особенность в том, что соверша­ются под воздействием не чувства вины, а чувства неперено­симой пустоты, «мертвости» или интенсивного стыда (в случае провала эксгибиционистской активности). Р.Менакер понимает нарциссический суицид как пред­почтение умереть для Эго-идеала, чем дать умереть самому Эго-идеалу. Э. Джекобсон (Jacobson Е., 1964) описала нарциссический конфликт как заключающийся в несоот­ветствии ожиданиям Эго-идеала, сопровождающийся сты­дом и самообесцениванием. Разными авторами отмечается, что у нарциссической личности Эго-идеал становится дес­труктивным из-за образов «совершенства» и «всемогущества».  Погоня за совершенством всегда самодеструктивна. 

 (по материалам книг: Нэнси Мак-Вильямс «Психоаналитическая диагностика», Сэнди Хотчкис «Адская паутина или как выжить в мире нарциссизма», Натан Шварц-Салант «Нарциссизм и трансформация личности. Психология нарциссических расстройств личности», И.Ю. Млодик «Пока ты пытался стать Богом/Мучительный путь нарцисса»).

0011

Контактный телефон 288 80 42.